Блог Царев

На фоне помпезных юбилейных мероприятий, посвященных 60-летию со дня освобождения Киева и полувековой дате с момента открытия моста Патона, событие, непосредственно связанное с Мариинским (Императорским, Государевым, Царским) дворцом, как-то оказалось в тени. А между тем осенью нынешнего года величественному творению Растрелли, Мичурина, Неелова (при участии Ивана Григоровича-Барского и других) исполнилось два с половиной столетия. Изучая историю возведения Государева дворца в нашем городе, встречаешь разночтения в датах. Оно и не удивительно. Отношение к истории в стране победившего социализма не предполагало бережного сохранения документов, касающихся царского периода жизни державы, тем более тех моментов, которые непосредственно связаны с повседневным бытом венценосных особ (кроме случаев с "брутальным" оттенком). Тем не менее, воспользовавшись услугами вспомогательных исторических дисциплин, можно с полной уверенностью констатировать: первые обитатели дворца появились здесь осенью 1753 года одновременно с освящением его помещений...

Киевскому царскому дворцу, который уже полстолетия называют Мариинским, более 250 лет. И несмотря на столь большой срок его взлетов и падений, расцвета и запустения, благоустройства и реконструкцией, славы и забвения, он по-прежнему таит много загадок и недомолвок.

Старинный памятник, находящийся в самом центре столицы Украины, наименее посещаем. До сих пор не написана его история, а внимание общественности более приковано к находящейся по соседству Верховной раде. В песне Розенбаума есть строки: "открыть Михайловский замок для людей". Но в отличии от Петербурга, нам дворец открыли, стали его посещать экскурсанты, но дело это зачахло, из-за единиц желающих. У кого нет времени, а у большинства отсутствует потребность к прекрасному...

Испокон веков киевляне были неисправимыми максималистами: если строили колокольню, то "самую высокую в Европе" (Иоганн Шедель), если возводили Цепной мост, то "единственный в мире" (Чарльз Виньоль)...

Живший на Печерске граф Ильинский переименовал свое поместье Романово на Новый Рим и начал строить там костел, который по размерам и формам не уступал бы собору Святого Петра в Ватикане. А выдающийся хормейстер Агренев-Славянский в начале Крещатика (дом №1) приступил к постройке здания с концертным залом на 5,5 тысячи мест по типу миланской оперы Ла Скала. К сожалению, эти затеи не увенчались успехом, зато напротив того места, где предполагалось возвести "миланскую" гранд-оперу, в 1807 году построили первый киевский театр. Был он еще несовершенным, деревянным, но киевляне уже восхищались им. "На большой занавеси, -- писал историк Закревский, -- был изображен стоящий на классической колеснице какой-то греческий герой, сопровождаемый многочисленным воинством, а в воздухе представлен парящий крылатый амур со свитком в руке..." ("Описание Киева"). На свернутом в трубку листе бумаги было написано по латыни древнее изречение "Смех очищает нравы". Это мажорное начало и послужило толчком к бурному развитию в Киеве театральной деятельности...

105 лет назад этот театр построен и открыт для публики.

А ровно 80 лет назад открыт снова – уже при советской власти

Кстати, еще раз "заново" театр открыли в 1941 году, опять же осенью, во время немецкой оккупации. Дирижером здесь был немец, а артисты -- наши, ведь многие не успели эвакуироваться. Немецкие офицеры очень любили сюда ходить. Об этом узнало советское командование и театр несколько раз подвергался прицельным бомбардировкам. Однажды советская авиабомба пробила купол, упала в партере и не разорвалась. Ее обезвредили, и публика, привычная к войне, слушала музыку дальше...

Когда в 1970 году на месте 2-этажных домиков по ул. Владимирской, 51—53, был возведен 10-этажный небоскреб, общественность города возмутилась. Здание не только соперничало с силуэтом Оперного театра, а и визуально подавляло его. Со временем страсти поутихли, и "блокирующее" театральную площадь здание повышенной этажности стало делом весьма обычным.

А в начале прошлого века детище академика архитектуры Шретера, исполненное в формах французского ренессанса (1901), являлось доминантой всего квартала. Театральные маски и меры, скульптуры грифонов и муз как бы приглашали под своды Русской оперы, чтобы окунуться в волшебный мир классической музыки. С правой стороны от театра тянулся 4-этажный (изначально — 2-этажный) дом N48, который поочередно строили известные архитекторы Беретти-младший и Шилле. Первому в 1861 году проект заказал композитор и пианист Петр Селецкий, второму — купец первой гильдии Исаак Бродский. Кроме мастеров сцены, в доме проживали и знаменитые зодчие: среди них — Кобелев (автор здания Госбанка), Брадтман (цирк "Гиппо Палас"). С последним, кстати, приключилась беда — его квартиру обокрали. Причем, грабители действовали профессионально: они не выносили картины в золоченных рамах, не скатывали ковры, а просто при помощи отмычек вскрыли потаенный сейф хозяина, вмонтированный в стену, и взяли оттуда все наличные (10 тыс. руб.)...

Длина знаменитого киевского моста им. Патона 1543 метра, что превышает протяженность Крещатика. Впервые в мировой практике такое грандиозное сооружение оказалось цельносварным — монтаж всех его элементов проводился при помощи автоматической и полуавтоматической электросварки.

Строительство моста, начавшееся еще до войны, предполагалось закончить к концу 1940-го.

Архитекторы уже обсуждали детали оформления въездов и рисунки украшений перил. И тут с прямо-таки революционной инициативой выступил 70-летний инженер Евгений Патон — отказаться от принятых повсеместно клепаных соединений и перейти к сварке. Это давало большие преимущества в весе, прочности, надежности. Сопротивление сторонников традиционных технологий было отчаянным. Но глава украинского ЦК Компартии Никита Хрущев проникся аргументами Патона и дал «добро». К лету 1941 года начался монтаж первого пролета. Однако война прервала работы...

Вот стою на горке Владимирской. Ширь вовсю -- не вымчать и перу", -- писал, будучи в Киеве в 1924 году, Владимир Маяковский. Через год, путешествуя по Америке, поэт с не меньшим восторгом отзывается о другой достопримечательности: "Я с поднебесья, в звезды усеян, смотрю на Нью-Йорк сквозь Бруклинский мост..." На первый взгляд, между стихотворениями "Киев" и "Бруклинский мост" нет ничего общего: "техническое чудо", возведенное на реке Ист-Ривер в 1883 году отцом и сыном Реблингамами, находится в Америке, а Владимирская горка венчает живописные склоны Днепра. И все же...

Швейцарское часы и немецкая точность ценились во всем мире всегда. А в Киеве эти страны еще и вписывались в местный пейзаж.

"Швейцария" начиналась прямо в центре города, на Крещатике, напротив Городской думы. Броский рекламный щит, взывающий "вкусить кусочек изумительного шоколада, замешанного на свежем альпийском молоке", являлся визиткой крошечной "страны" с причудливым названием "Семадени". Кофейню швейцарца Бернарда Семадени в Киеве знали все. Особенно впечатлял уровень обслуживания -- рядом с залом размещалось помещение производственного цеха, откуда по конвейеру прямо на стол к посетителю поступали свежие булочки, пирожные, торты, кофе и шоколад...

Однажды историк Николай Костомаров, прихватив с собой за компанию Тараса Шевченко, ходил пешком в Бровары, где продавался "участок земли, десятин во сто, с господскою усадьбой". Украинской литературе эта прогулка могла дорого стоить. На обратном пути оба классика едва не утонули в реке. "Пустились мы, - вспоминал Костомаров, - напрямик по льду через Днепр, а перед тем стояла продолжительная оттепель, и лед местами стал покрываться водою. Было темно, и мы, сбившись с дороги, попали было в полынью, но, к счастью, там была отмель, и мы ограничились тем, что страшно обмокли и прибыли домой, чуть двигаясь от холода. Только молодость и привычка к воздушным переменам, чем отличались мы оба, спасли нас от горячки"...

О деревянных переправах через Днепр упоминается в летописях от 1097, 1115, 1146, 1151 годов. В начале ХVIII столетия киевский священник Лукьянов писал характерным для того времени стилем: "через Днепр - четыре моста живых с острова на остров. Мосты зело велики, а Днепр под Киевом островит". Речь, видимо, идет о четырех паромных переправах – Подольской, Спасской, Наводницкой и Лыбедской. Надо сказать, что в ХIХ веке виды на незастроенное тогда Заднепровье, были, видимо, величественны, не зря же их сравнивали то с аккордами Гайдна (Шевченко), то с полотнами Микеланджело и Рафаэля, то с Венецией (Паустовский)...

В 1965 году в Киеве был открыт мост Метро. Сразу же после того как от вокзала на Дарницу пошли первые поезда метрополитена, возник вопрос о строительстве следующего моста. В то время начали развиваться левобережные районы Киева: на севере - Воскресенка, на юге - Харьковский массив. То есть нужны были два моста. Но приходилось выбирать: или-или. В результате пришли к выводу строить на севере, так как в перспективе здесь планировался крупный жилой массив Троещина. Этот мост позднее получил название Московского...

Наш город давно перешагнул Днепр, привольно раскинувшись на левобережье. Некогда "дикое поле" местного масштаба обжили не только "аборигены", но даже вьетнамцы, китайцы и корейцы, торгующие на местных рынках. Конечно же, сейчас перебраться с одного берега на другой не составляет труда. Благо, существуют мосты. Предкам сделать это было гораздо сложнее.

К примеру, монголо-татары, подойдя к городу поздней осенью, дождались крепкого льда на реке и лишь после смогли переправиться основными силами на правый берег. С той поры, как Батый установил свой шатер в районе нынешней Соломенки, прошло восемь веков. За это время утекло много воды...

50 лет назад открылся пешеходный путь на Труханов остров

Любопытно, что в проектных документах мост соединял правый берег Днепра с... Гидропарком. Теперь любой киевлянин знает, что Гидропарк расположен на территории бывшей Предмостной слободки, возле трассы метро. Однако градостроители первых послевоенных лет замышляли гораздо более обширный Гидропарк. Он должен был раскинуться сразу на нескольких островах, включая Труханов, и занять общую площадь свыше 20 квадратных километров. Предполагалось, что здесь можно будет заниматься активным отдыхом не только летом, но и зимой (речь шла, конечно, не о ресторанах и прочих злачных заведениях, а о лыжных базах и станции буерного спорта)...

За время существования Паркового мостика по нему прошли тысячи парочек, любуясь живописными видами. Но помимо романтичности, за мостом закрепилась недобрая слава "стартовой площадки" для тех, кто сводит счеты с жизнью. Что, впрочем, не мешает нарядным толпам расхаживать тут по выходным.

На самом деле, нынешнее исписанное признаниями в любви и разрисованное сердечками сооружение – вовсе не тот мост, который в начале прошлого века был здесь возведен по проекту молодого инженера Евгения Патона. В 1983 году оригинал перевезли в Переяслав-Хмельницкий, в историко-культурный музей-заповедник, а на его месте специалисты институтов "Укрпроектреставрация" и "УкрПТКИмонтажстрой" возвели точную копию...

В такие же весенние дни в старом Киеве начиналась официальная навигация (судоходству по Днепру давали «отмашку», как правило, 15 марта по старому стилю, или 28-го – по новому). Река превращалась в «улицу», по которой сновали туда-сюда большие и малые пароходы, тяжеловесные баржи, юркие лодчонки. А поверх нее шло движение по другим, поперечным «улицам» – киевским мостам. О сооружениях, переброшенных в незапамятные времена через Славутич, и пойдет наш рассказ.

Первые удачные попытки соединить берега реки наплавным мостом киевляне предпринимали еще в эпоху Древней Руси; подобную сезонную переправу наводили и впоследствии (от урочища вблизи давнего Наводницкого моста пошли названия Старонаводницкой улицы и Новонаводницкого переулка). Но лишь в середине XIX века появилась первая в нашем городе капитальная переправа через Днепр, не зависящая от времени года и капризов погоды, – Цепной мост. Вслед за ним берега Славутича соединил и мост железнодорожный. В пору Первой мировой войны, когда резко выросли объемы перевозок через Киев, руководство военными сообщениями затеяло быстрое устройство так называемых «стратегических» мостов – деревянных, с судоходными металлическими пролетами. Один из них разместили вблизи Наводницкой балки (путь, который вел к нему со стороны военного поселка Саперная слободка, до сих пор сохранил название Стратегическое шоссе). Параллельно шла работа по замыканию рельсового кольца через правый и левый берега Днепра, строительство Подольского железнодорожного моста...