За что они любят нас?

2009-07-17 17:50 4381 Нравится 4

…За то, что мы красивые, добрые, верные.

За что мы любим их?

За то, что они сильные, щедрые, надежные.

Когда любовь горит красным пламенем, мы всегда без труда находим ответ

на этот вопрос. Но если возгорания не происходит... И ты подходишь к

зеркалу и, недоуменно осматривая себя со всех сторон, возмущенно

провозглашаешь: «И внешне я хороша, и одеваюсь со вкусом. Умная,

хозяйственная, заботливая, веселая. Практически идеал! Почему ж он меня

не любит? Чего ему еще надо?!»

Но разве и сами мы не сталкивались с подобным парадоксом?

Ухаживает за тобой, казалось бы, безупречный кавалер. А не нравится,

хоть застрелись! Хотя вроде и надежный, и щедрый, и намерения у него

самые серьезные…

Остается только вздохнуть: мол, любовь — удивительное

чудо, которое в принципе не поддается объяснению. И зря самонадеянный

захаровский граф Калиостро пытался вычислить ее с помощью сухой

математической формулы. Однако стоит присмотреться попристальней, и

окажется, что в каждом любовном чуде лишь десять процентов — чуда. А

девяносто…

К слову, о чудесах. Точнее, о самом легендарном из них —

алых парусах капитана Грея. Безусловно, этот герой Грина был

воплощенным мужским идеалом — храбрым, чутким, честным и богатым. Но

есть один крайне существенный нюанс: бедняжка Ассоль о его превосходных

душевных качествах понятия не имела и, едва завидев долгожданный парус,

бросилась в море, заранее влюбленная в него по уши. И окажись Грей

бедным мечтателем-недотепой или хитрым и бесчестным пиратом, ничего бы

это уже не изменило — все равно бы влюбилась и уплыла. А какой-нибудь

ироничный Марк Твен вывел бы из этой истории совсем иной поучительный

финал: о романтической человеческой глупости.

Вот и получается, что дело было отнюдь не в «прекрасном

принце», а исключительно в парусах — ее собственной детской мечте. И

если заземлить эту феерическую грезу до уровня грешной земли,

выяснится, что «комплекс Ассоль» свойственен абсолютно всем нам, вне

зависимости от возраста и пола.

Классическая общечеловеческая ошибка состоит в том, что,

влюбившись, мы ищем причины этого душераздирающего чувства в предмете

своей любви. В то время как зачастую любим его вовсе не потому, что он

(длинный список достоинств), а потому, что мы (тут следует не менее

длинный список наших не всегда достойных качеств).

Стыдно признаться, но один из самых бурнокипящих романов

моей юности был с парнем, до неприличия похожим на артиста, в которого

я была влюблена в детстве. Сходство было таким явным, что мне

показалось — я наконец-то нашла свой идеал! То, что на поверку этот

человек выявился слабовольным эгоистом с амбициями непризнанного гения,

— я не замечала в упор. Что неудивительно: в то время мне исполнилось

примерно столько же, сколько наивной Ассоль, и я только-только

перестала носить две косички.

«Если на парусах, значит, принц!» — решила она и бросилась в пучину.

«Если похож на принца — значит, он и есть!» — решила я и последовала ее примеру.

Но какой бы несерьезной ни казалась со стороны причина моего тогдашнего

чувства, назвать его несерьезным, поверьте, было никак нельзя: я

пыталась покончить с собой, плакала навзрыд и сутками сидела

прикованная к телефону. В общем, претерпела все традиционные пытки

неудавшейся юношеской любви.

Впрочем, это вечно юное чувство мало меняется с возрастом.

И хотя с годами трудно потерять ум, ослепившись одним лишь идеальным

сходством с детской мечтой, — сам принцип остается неизменным. И

теперь, оглядываясь назад, я трезво понимаю, что увлеклась артистом X

только потому, что он стал для меня тогда олицетворением блестящего и

удивительного театрального мира. Я любила не его, а Театр в его лице —

в его ухарских поступках, веселых закулисных хохмах и

головокружительной богемности. Я влюбилась в Литературу, а не в Y —

человека, нащупывавшего во мне глубину и талант словосложения, от

которого я буквально потеряла голову. Прежде всего потому, что

встретила Y в тот момент, когда переживала ужасный творческий кризис.

Глупо? Мелко? Смешно? Но тут следует перефразировать иного

классика: когда б вы знали, из какого сора растет любовь, не ведая

стыда!

Она произрастает из наших грез и ассоциаций, комплексов и

обид, нереализованных желаний и иллюзий, страха и одиночества. И если

бы мне предложили вывести собственную формулу любви, она бы оказалась

на диво простой:

10% чудесной эйфории  70% меня самой  20% обстоятельств  умопомрачительная страсть.

На днях я встретила мужчину, за которым когда-то готова была бежать

босиком на край земли. Теперь он был женатым отцом семейства. «А

знаешь, почему я сделал предложение своей жене? — спросил он. — Однажды

я пришел к ней домой, вымотанный и усталый. А она налила ванну и вымыла

меня в ней, как маленького ребенка…» — «Интересно, — саркастично

хмыкнула я, — а почему ты тогда не женился на мне? Ты что, не помнишь,

как я купала тебя в ванной?»

Он посмотрел на меня удивленно и недоверчиво. Он не

помнил!!! Он действительно считал, что случай, подвигнувший его на

самый серьезный шаг в биографии мужчины, был уникальным и единственным

в своем роде. Ибо впервые женщина повела себя с ним не как любовница, а

как всё понимающая, любящая мать.

И усмехнувшись, я поняла: все просто! Просто в эпоху

нашего романа он был на волне успеха и чувствовал себя королем. А

потому воспринимал мою нежность и заботу лишь как очередной из

многочисленных актов преклонения мира перед его венценосной особой. В

то время как девушка, ставшая его супругой, взяла в руки «алую» мочалку

в один из самых черных периодов его жизни, когда ее партнеру казалось,

что удача отвернулась от него. И никто в мире, кроме нее, не понимает,

до чего ж ему плохо!

Как-то моя подруга Аня честно призналась мне, что

влюбилась в своего благоверного исключительно потому, что он

единственный предложил ей вожделенное обручальное кольцо. Нет, в юности

к ней сватались немало. Но потом она пережила три длительных и тяжелых

романа, в конце которых все трое ее любовников женились на других

дамах. «Мне уже казалось, — сказала Аня, — что у меня на лбу висит

невидимая табличка: «На таких не женятся!». И тут мне вдруг делают

предложение. В тот момент он показался «принцем на белом коне», который

приехал меня спасти. Хотя на самом деле я даже толком его не знала. По

большому счету мне просто повезло, что он случайно оказался хорошим

человеком…»

Это были их личные «алые паруса», приплывшие как нельзя

вовремя! Ведь еще неизвестно, кинулась ли бы Ассоль навстречу своему

капитану Грею, будь она не одинокой девушкой, на которую горожане,

смеясь, показывают пальцем, а, скажем, уважаемой дочерью мэра, не

имевшей отбоя от женихов, готовых устроить в ее честь парусную регату!

Зато знаю наверняка: сейчас, будучи полноценным жителем закулисного

мира, я бы никогда не увлеклась третьеразрядным артистом Х. И в ответ

на заверения Y: «Ты очень талантлива, тебе нужно писать что-то

серьезное!» — светски ответила бы: «Я знаю» — и прошла мимо.

Вот и вся любовь, сводящаяся, по сути, к нужному выпаду в нужное время.

А теперь очередной поклонник обрывает мой телефон, утверждая, что я —

его идеал, и так, как меня, он не любил еще никого и никогда. И хотя я

пока не разобралась, какое из моих неконтролируемых телодвижений

случайно совпало с его потаенной мечтой, мне точно известно одно:

В вечной фразе «Я тебя люблю!» слово «Я» в тысячу раз

принципиальнее слова «тебя». И как ни странно это звучит, часто любовь

к тебе не имеет к тебе самой ни малейшего отношения.

Часто — гораздо чаще, чем кажется нам! — но, к счастью, из

этого, как и из любого другого правила, тоже бывают приятные исключения.

Владислава Кучерова (с)

Комментарии (1)

Добавить смайл! Осталось 3000 символов
Создать блог

Опрос

Что сейчас важнее для Украины?

ГолосоватьРезультатыАрхив
Реклама
Реклама